Аргумент, что не надо покупать компанию, у которой нет четкой стратегии по работе с публичным рынком, не выглядит правильным: в России эмитентов с такой стратегией в принципе немного, к тому же именно во втором и третьем эшелонах сосредоточены истории роста ЂЂЂ бумаги, на которых можно сделать сто и более процентов, и инвесторам это, конечно же, хорошо известно. Наконец, нельзя забывать, что акции могут достаться человеку по наследству или оказаться у него еще в ходе приватизации ЂЂЂ вряд ли в таком случае миноритарий будет следить за биржевыми новостями. Конечно, даже в случае делистинга практически всегда есть возможность продать бумаги на внебиржевом рынке. Но, во-первых, это требует специального обращения к брокеру, во-вторых, повышенной комиссии, а в-третьих, будет отсутствовать ценовой ориентир для бумаг. «На бирже инвесторы приобретали ликвидные ценные бумаги эмитента с определенными повышенными (по сравнению с установленными законом) гарантиями в сфере корпоративного управления, а при делистинге они остаются с неликвидными бумагами при отсутствии упомянутых гарантий, стоимость этих бумаг падает, ЂЂЂ поясняет участник подгруппы по правовому регулированию корпоративных отношений рабочей группы по созданию МФЦ Денис Спирин. ЂЂЂ Прекращение листинга влечет еще и риск нарушения прав акционеров при таких возможных последующих корпоративных событиях, как обязательное предложение и принудительный выкуп. Дело в том, что при определении их цены должны учитываться котировки акций. Делистинг же такую обязанность отменяет, что создает риск выкупа акций, в том числе принудительного, по несправедливой стоимости».
Случается, что делистинг проводится просто по прихоти эмитента, которому по каким-то причинам не хочется, чтобы его акции обращались на бирже. Заместитель главы Ассоциации по защите прав инвесторов Игорь Репин напоминает, что иногда делистинг используется для того, чтобы обрушить рынок, и приводит в пример историю компании Нутринвестхолдинг, которая убрала свои бумаги с биржи в 2008 году, примерно через полтора года после IPO. Акции в результате этого подешевели в несколько раз (см. «Как прозевали Нутринвестхолдинг»).
Однако если посмотреть на ситуацию глазами миноритария, то делистинг представляется не такой однозначной и безобидной вещью. Да, действительно, в случае, когда компанию приобретает крупный западный холдинг, он часто дает мелким акционерам возможность выйти через оферту, причем по достойной цене. Так, судя по всему, произойдет с «Калиной», цену выкупа ее акций установили на уровне 4268 рублей ЂЂЂ это соответствует цене, по которой ее основной пакет приобрел Unilever, и до сих пор превышает рыночные котировки. Однако скорее это идеальный пример. «Миноритарный акционер, покупавший акции при владельце, который хотел для компании публичности, не должен страдать в случае, если новый владелец видит компанию как private. Пока же акционерам приходится учитывать и финансовые риски, и такие риски исчезновения ликвидности, хотя от последних инвесторы должны быть избавлены», ЂЂЂ говорит управляющий директор ИГ «Велес-Капитал» Михаил Зак.
«Обычно задолго до делистинга акция уже неликвидная, так было с ЧТПЗ и МДМ-банком, ЂЂЂ добавляет руководитель управления аналитических исследований УК ЂЂЂУралСибЂЂЂ Александр Головцов. ЂЂЂ Кроме того, цена выкупа со стороны крупного акционера может обеспечить выход из бумаги по хорошей цене, так было с ВБД и сейчас происходит с ЂЂЂКалинойЂЂЂ».
Аналитики инвесткомпаний и управляющие крупными портфелями не видят в делистинге особой проблемы. «Если инвестор остался с акциями на руках после делистинга, можно предположить, что он не очень внимательно относился к тому, что происходило с его бумагами, ЂЂЂ полагает начальник аналитического отдела БКС Владислав Метнев. ЂЂЂ Перед делистингом всегда есть возможность продать бумаги на рынке или крупному инвестору по оферте. Надо понимать, что инвестиционная история данного эмитента закончилась. А если компания и не имела четкой стратегии по работе с публичным рынком, то вопрос, зачем вообще покупать ее акции».
За время существования российского фондового рынка случаев ухода эмитентов с биржи было не так уж много, но вполне достаточно. К делистингу по собственному желанию прибегали и те компании, которые становились фактически частными (как «Лебедянский» и «Вимм-Билль-Данн», полностью выкупленные PepsiCo), и те, которые просто не хотят, чтобы их акции торговались на организованном рынке, ЂЂЂ при этом акции у миноритариев до делистинга они не выкупают, и частные инвесторы остаются с бумагами на руках. В качестве примера таких эмитентов можно привести МДМ-банк, убравший с биржи свои привилегированные акции, те же «Уфаоргсинтез», «Уфанефтехим» и «Силовые машины».
Сразу несколько эмитентов перед самым Новым годом, 28 декабря, заявили, что снимают свои акции с торгов на фондовом рынке ММВБ. Среди них были такие относительно популярные у инвесторов акции третьего эшелона, как «Уфаоргсинтез» и «Уфанефтехим», а также довольно популярная бумага крепкого второго эшелона «Силовые машины». Все эмитенты просто написали на биржу заявление об исключении своих ценных бумаг из списка ценных бумаг, допущенных к торгам, ЂЂЂ такова процедура делистинга, разрешенная сегодня. Вместе с тем к уходу с биржи готовится «Калина», которую Unilever планирует превратить в частную компанию. Аналитики говорят о вполне вероятном делистинге «Седьмого континента». По информации «Эксперта», делистинг с ММВБ обсуждается в «Красном Октябре». Сам по себе делистинг уже много лет висит дамокловым мечом над инвесторами ЂЂЂ просто раньше случаи ухода компании с бирж были редки, сейчас же они учащаются, и речь при этом идет о все более крупных компаниях. Чиновникам давно пора решить, как же должна измениться процедура ухода с биржи, чтобы соблюдались интересы и компаний, и мелких акционеров.
Почему эмитенты кончают жизнь делистингом и что с этим делать
Комментариев нет:
Отправить комментарий